Мне пишут женщины, тягучие, как мед, горчащие осенним разнотравьем, мне пишут женщины, которым ты не равен, и каждая, играючи, возьмет…
Глухонемые дети, никогда не ведавшие речи, напряженно молчат в сетях, страницах, проводах, пока чужая речь не обожжет их...
Если пишется книга, то я переплет ее, береста, небеленый лен, раскаленный камень...
А мы уже там, за чертой, чтобы ни говорили о рубежах, как бы нам ни хотелось ужиться и удержаться, мы…
Все изменится, изменится неизбежно, и не выдаст ни жаркий выдох, ни резкий жест, если нас представят спящими без одежды на…
Много званых, да мало избранных, в этом соль, но она горька. Задевают друг друга избами два беспомощных старика...
Во мне умирали женщины, это было похоже на долгий сон, на часы разлуки, я помнила имена, голоса и руки...
Они спят в пещере, и я берегу их сон. Я берегу их сон. Они малые и большие, но все похожи…
Мы друг друга не выбирали, не шли по следу. Нам вручили азбуку Брайля, и мы ослепли...