На юге декабрь, солнце лучом пылит, и желтые листья ложатся в цепочку звеньями, а я сижу, смешная, как Амели, со всеми стихийно-тихо-стихотвореньями, со всей этой мудростью — старой, как Сен — Крекёр и странной, как небоскреб в животе Парижа, и воздух похож на сладкий густой ликер, который не пьешь, а осторожно лижешь. И что происходит — около да вокруг, проходит бесследно, радостно и свободно, и эти слова безнаказанно сходят с рук и, распоясавшись, делают, что угодно, и я улыбаюсь — загадочно, ни о чем, такой непонятной придумана и написана… И солнце щекочет ресницы своим лучом, как будто танцует под музыку Яна Тирсена.
Ты пишешь мне, а море за тобой. О том, что рядом можно быть любой, не…
У берега вода подобна тонкой пленке - искриться, и дрожать, и отражать луну. Ты взвешен…
Мы все живем в кино - бессонница, Гомер, тугие пояса на алых парусах. Прости, моя…
Я буду приходить к тебе во сне - трофеем в необъявленной войне, невыбранной дорогой в…
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…
сколько раз тебя отпевали, милая, да соборовали в глухую ночь. только мудрая смерть проходила мимо,…