Дело не в этой порции пустоты…

Дело не в этой порции пустоты, что телефон, замолчав, выдает мне вслед, по ссылке пройти — как дверь наугад открыть, смотри — у поэтов дома живут коты, а у меня не живут уже много лет, может, они мне не верят — почти как ты, хотя все же, меньше — ведь что с них, котов, спросить— они просто звери — накормлены и просты, и гордо уходят дрыхнуть в свои кусты, пока ты нервно куришь и ждешь такси. Дело вообще не в котах, не в кустах, не в том, что нас окружает, путая наш мирок, дело лежит на полке — девятый том, год, по которому мы, не спеша идем, пока ты теряешь, а я нахожу перо. И я по привычке смотрю, как ложится свет на желтые листья, рисуя на них узор, наверное, кельтский, которому сотни лет, значенье которого прячется, как во сне, в какой-то из капель, упавших перед грозой. А ты ругаешь меня и дожди — сезон, который забыл тебе зонт положить в рюкзак, а где-то над нами все крутится колесо, и очарованным странником спит Лесков, которого я не успела пересказать. А все дело в том, что такси не приедет — ноль свободных машин в этот ваш черте-где-район, поэтому кофе опять согревает стол, и, кажется, нам действительно повезло, что мы наконец–то остались с тобой вдвоем. Ты просто послушай: «без праведных граду несть» стояния, жизни, да просто счастливых нас, и если мы снова случились сегодня здесь, давай поменяем было на то, что есть и просто на дождь полюбуемся из окна. И пусть у меня много лет не живут коты — ко всем их… поэтам и тем, у кого живут, а кельтский узор означал — «береги мечты» — и вот у меня в этот вечер случилась ты, моим сновиденьем, увиденным наяву.