Как святой отец на острове Коневец, преподобный старец, отшельник, седой мудрец на вечерней заре умирать приходил к воде — душу отдать, навсегда отойти от дел.
Скалы спускались в Ладогу, Господь послал его догонять, домовиной ему был камень резвей коня, уходили на дно, торопились, теряли след, солнце садилось в шхеры, сгущался лес.
Как на самом дне, в глубине, в темноте морской преподобный старец говорил с вековой тоской, отмаливал тьму людскую, искал слова, доставал из пучины лодки да острова.
Как слетались птицы посудачить да посмотреть, на того, кому помогала вернуться смерть, на того, кто из вод выходил невесом, как дым, возвращался в скит свободным и молодым.
Как на острове Коневец возведут дворец — в тысячу окон дворец и в пятьсот дверей, купола поставят, в золото облекут, станут дозором на каменном берегу.
Говорят, был здесь старец, отшельник, седой мудрец, не погибший в волнах, не умеющий умереть, говоривший смерти самой о своей любви.
Нужно ждать, и однажды
он выйдет
благословить.
Ты пишешь мне, а море за тобой. О том, что рядом можно быть любой, не…
У берега вода подобна тонкой пленке - искриться, и дрожать, и отражать луну. Ты взвешен…
Мы все живем в кино - бессонница, Гомер, тугие пояса на алых парусах. Прости, моя…
Я буду приходить к тебе во сне - трофеем в необъявленной войне, невыбранной дорогой в…
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…
сколько раз тебя отпевали, милая, да соборовали в глухую ночь. только мудрая смерть проходила мимо,…