И опять ты молчала. А я была, словно Мунк, один обреченный жест, один невозможный крик. Я стояла напротив тебя и думала: почему здесь так холодно, если столько внутри горит? Вот сгорает время мое, и силы мои, и сон, вот сгорает все, чему и замены нет. Я смотрела сквозь крик, смотрела в твое лицо, и мне виделись мои дети в твоем огне. Что сожгли мы в этот вечер — не тот ли мост, на котором никому не стоять живым? Я сердечная мышца неба, а подо мной горы обожжены.
Если ты услышишь крик и воздашь ему, и затянутся раны, и мир обретет покой, у меня внутри всегда остается Мунк.
Он
говорит с тобой.
Ты пишешь мне, а море за тобой. О том, что рядом можно быть любой, не…
У берега вода подобна тонкой пленке - искриться, и дрожать, и отражать луну. Ты взвешен…
Мы все живем в кино - бессонница, Гомер, тугие пояса на алых парусах. Прости, моя…
Я буду приходить к тебе во сне - трофеем в необъявленной войне, невыбранной дорогой в…
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…
сколько раз тебя отпевали, милая, да соборовали в глухую ночь. только мудрая смерть проходила мимо,…