Мир выполнил подъем-переворот, едва не зацепив закатом крыши, египетский меридиан Парижа — я обелиск на Place de la Concorde. По Сене проплывают корабли, мосты их прячут в каменные арки, а чертов круг, сверкающий над парком, считает дам на Rue de Rivoli. Я чувствую — на цвет, на вкус, навзрыд, — как сумерки выходят из подъездов, и Лувр скоро будет слушать песни своих прозрачных хрупких пирамид. Уж нет машин на площади, у ног, я жду, а башня взглядом чертит знаки… Но только в час меж волка и собаки мне будет дар — вернуться на восток. Я перестану вечно быть чужим, в латинице — случайной пиктограммой, и до рассвета вечность будет правом украденной французами души.
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…
сколько раз тебя отпевали, милая, да соборовали в глухую ночь. только мудрая смерть проходила мимо,…
Нам были дарованы лучшие из сокровищ: смотреть друг на друга глазами своих чудовищ, не бояться…
Все было океаном, посмотри. До горизонта горы держат ритм бегущих волн, что некогда шумели. Теперь…
У меня коллекция состояний, моментов, отвоеванных у времен, архивы памяти, зашифрованные в строке. Есть запасники…
Проведи меня путями твоими, господи, по ущельям и скалам, дорогой крутой и дикою. Я была…