Мир выполнил подъем-переворот, едва не зацепив закатом крыши, египетский меридиан Парижа — я обелиск на Place de la Concorde. По Сене проплывают корабли, мосты их прячут в каменные арки, а чертов круг, сверкающий над парком, считает дам на Rue de Rivoli. Я чувствую — на цвет, на вкус, навзрыд, — как сумерки выходят из подъездов, и Лувр скоро будет слушать песни своих прозрачных хрупких пирамид. Уж нет машин на площади, у ног, я жду, а башня взглядом чертит знаки… Но только в час меж волка и собаки мне будет дар — вернуться на восток. Я перестану вечно быть чужим, в латинице — случайной пиктограммой, и до рассвета вечность будет правом украденной французами души.
Ты пишешь мне, а море за тобой. О том, что рядом можно быть любой, не…
У берега вода подобна тонкой пленке - искриться, и дрожать, и отражать луну. Ты взвешен…
Мы все живем в кино - бессонница, Гомер, тугие пояса на алых парусах. Прости, моя…
Я буду приходить к тебе во сне - трофеем в необъявленной войне, невыбранной дорогой в…
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…
сколько раз тебя отпевали, милая, да соборовали в глухую ночь. только мудрая смерть проходила мимо,…