Можно делить людей на своих и дальних, можно искать ответы, но нет резона. Мир изменился: среда передачи данных работает безотказно и внесезонно. Где мы сейчас? На Балтике, на Алтае? В центре Москвы, в арктическом монохроме? Красный шатер в пустыне, костер как танец, белые песни в северном лунном доме. Мы вездесущи, свет проникает в поры, время звучит, вибрирует теплый ветер. Все начинается с тихого разговора, в слове рождается искра, растет и светит. Струна золотая, артерия лучевая, все пробужденные — души одной породы. Кровь наша древняя, дикая, кочевая чуется оберегом от несвободы.
Само/достаточны, равно необходимы
граду и миру, друг другу, богам и людям.
В этой среде меняется проводимость
сердца.
И слух
становится
абсолютным.
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…
сколько раз тебя отпевали, милая, да соборовали в глухую ночь. только мудрая смерть проходила мимо,…
Нам были дарованы лучшие из сокровищ: смотреть друг на друга глазами своих чудовищ, не бояться…
Все было океаном, посмотри. До горизонта горы держат ритм бегущих волн, что некогда шумели. Теперь…
У меня коллекция состояний, моментов, отвоеванных у времен, архивы памяти, зашифрованные в строке. Есть запасники…
Проведи меня путями твоими, господи, по ущельям и скалам, дорогой крутой и дикою. Я была…