На экране пять ноль восемь, за окном — знакомый вид. Ясно чувствуется осень: в сердце, в городе, в любви. Сон охотников пещерных, кем-то сброшенных с пути, дышит холодом священным, упрощенным до квартир. Летаргическая дрёма, вечный стрекот часовой. Если я останусь дома, не узнаю ничего. Если выйду за границу — (мать учила: на беду), попаду на ту страницу, а из этой — пропаду. Неизбывные иные, зов загадочен и тих.
Ветер снова тянет выю — выть, выглядывать своих, хочет знать, служить не хочет, нрав строптив да слог суров. Что мне делать в этой точке между призрачных миров?
Бесполезен, безутешен пленник, бьющийся в груди.
Пять ноль восемь, августейший, поручи освободить.
Ты пишешь мне, а море за тобой. О том, что рядом можно быть любой, не…
У берега вода подобна тонкой пленке - искриться, и дрожать, и отражать луну. Ты взвешен…
Мы все живем в кино - бессонница, Гомер, тугие пояса на алых парусах. Прости, моя…
Я буду приходить к тебе во сне - трофеем в необъявленной войне, невыбранной дорогой в…
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…
сколько раз тебя отпевали, милая, да соборовали в глухую ночь. только мудрая смерть проходила мимо,…