Одному за минуту, другому — за полчаса жизнь рисует время стрелками наяву. Я пружина, живущая так глубоко в часах, что никто не узнает, где же я там живу. Вот один приходит, все норовит быстрей, я сжимаюсь так, что дрожит и болит в груди, я б могла вам год прокрутить без труда за день, только что тогда останется впереди? Вот другой приходит, мнется, скрипит: постой, я тянусь, и жилы натянуты, как струна, может быть, для него минута — одна за сто, а таким и вечность, в общем-то, не нужна. Я живу на износ, на заказ, на любой каприз, обучаю время под дудку свою плясать, я б хотела ночью с кошками на карниз, только я живу совсем глубоко в часах. Да и кто их, часы эти странные, разберет, если кто-то доволен — другому опять не в лад, потому что часы безнадежно идут вперед, и не будет пружины, чтоб их повернуть назад. Вот сломать бы часы, уронить, утопить в волне, океанским штормом прямо по ним пройти… Я пружина, лежащая так глубоко на дне — и в запасе вечность, чтобы меня найти.
Нам были дарованы лучшие из сокровищ: смотреть друг на друга глазами своих чудовищ, не бояться…
Все было океаном, посмотри. До горизонта горы держат ритм бегущих волн, что некогда шумели. Теперь…
У меня коллекция состояний, моментов, отвоеванных у времен, архивы памяти, зашифрованные в строке. Есть запасники…
Проведи меня путями твоими, господи, по ущельям и скалам, дорогой крутой и дикою. Я была…
Да будет путь твой светел, взгляд лучист, от берегов Амура до Ла Манша, мы думали,…
Нагорная - не проповедь, но песнь, и горы - здесь, и я на склоне -…