Шестеренки времени — белый песок сквозь пальцы, колесо по раскаленному небосводу. Раньше было зрение — видеть и любоваться, а теперь осталось сетовать на погоду. На термометрах предчувствие Фаренгейта, знал старик, да поздно выписал нам рецепты. Греешь текст и ждешь, когда испарится гений, водишь солнцем от окраин мирских до центра. Раньше что ни улица — всюду родные лица, чудеса работали лучше рекомендаций. Был волшебный лес, серебряное копытце. Нынче сказки — ни укрыться, ни оправдаться. Узнавать героев, с легкостью предающих, — не тебя, но что-то больше и неизбежней. Раньше им мечталось ярче, темнелось гуще, а теперь из каждой спальни зубовный скрежет. Мы прощелкали затвором, раствором соли отравили безнадежно святую воду.
Остается жить, исследуя невесомость.
Задыхаться, тихо сетуя на погоду.
Ты пишешь мне, а море за тобой. О том, что рядом можно быть любой, не…
У берега вода подобна тонкой пленке - искриться, и дрожать, и отражать луну. Ты взвешен…
Мы все живем в кино - бессонница, Гомер, тугие пояса на алых парусах. Прости, моя…
Я буду приходить к тебе во сне - трофеем в необъявленной войне, невыбранной дорогой в…
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…
сколько раз тебя отпевали, милая, да соборовали в глухую ночь. только мудрая смерть проходила мимо,…