Воскресные слепые 6 утра: на вкус — дожди, на ощупь: лес, гора, рассветный призрак бродит по ущелью. Прислушаться — но разве разберёшь, кто ходит там шуршащим сентябрем, безмолвной птицей требуя прощений. За то, за это, шаг, потом другой, туман ещё клубится над рекой, скала туману добавляет веса. Стоять у края, быть, не быть, молчать, на сердце не ложиться, как печать, но что-то с этим сердцем делать вместо. Для всех, кто выбрал в ночь не умирать, воскресные слепые 6 утра с вершинами хребта в осенней шали становятся блаженной пустотой, которую любой наполнит той великой силой,
что рождает боль,
но с каждой болью
благо
совершает.