Я иду по брусчатке, я на каблуках, я ищу опечатки в забытых стихах, а в наушниках спорят Васильев и Бах и не могут никак помириться. Оказалось, мой город отчаянно мал, я люблю в нем мосты, старый сквер, и вокзал, и кафе — если вдруг по дороге устал или хочется просто напиться. Вот фонтан, у которого много цветов, вот сквозь облако пять золоченых крестов — и собор, что для Бога еще не готов, ну а людям вполне по натуре. Я иду по привычке — опять на восток, вот ребята с гитарой и кепкой у ног, что играют знакомый проверенный рок, иногда начиная халтурить. Я кидаю им в кепку последние сто, ведь без денег мне легче идти на восток, а еще у меня есть седьмой лепесток, лета — три с половиной недели. Так что все у меня без тебя удалось, хорошо, если вместе, но лучше бы врозь, я иду, пропуская прохожих насквозь, только вот каблуки надоели.
Все было океаном, посмотри. До горизонта горы держат ритм бегущих волн, что некогда шумели. Теперь…
У меня коллекция состояний, моментов, отвоеванных у времен, архивы памяти, зашифрованные в строке. Есть запасники…
Проведи меня путями твоими, господи, по ущельям и скалам, дорогой крутой и дикою. Я была…
Да будет путь твой светел, взгляд лучист, от берегов Амура до Ла Манша, мы думали,…
Нагорная - не проповедь, но песнь, и горы - здесь, и я на склоне -…
Карету мне, карету и коня, и больше благодатного огня, и смелости, и радости искристой. Я…