Seni seviyorum…
Если хочешь родиться — прежде всего, умри. И пришел огонь и выжег меня внутри, не оставил даже выгоревших руин, не оставил запаха гари, полосок дыма. Я чиста и пуста, как холодный античный храм, я открыта всем столетиям и ветрам, Герострат отрекся трижды — и до утра эту чашу проносили — и снова мимо. А рассвет на небо вылил такую синь, что о большем нынче можно и не просить, жаль, не всем хватило совести и осин — и не всем хватило мужества верить вместе… У меня, ты знаешь, выдался новый день: солнце — тихий голубь, дремлющий на воде, если будешь меня искать — не найдешь нигде. Ты не будешь меня искать. Безо всяких «если».
…И табличка «закрыто» висит на дверях в Эдем, там осталось наше прошлое и Je t’aime — поищи его транскрипцию перед тем, как собрать реквизит и достойно уйти со сцены. У меня над домом — птицы и облака, я спокойна, невесома и далека, я свободна — и не спрашивай даже, как.
Слава Богу, ты не знаешь Его расценок.
Олень идет по горному хребту. Я был не там, а я любил не ту, а…
Мирина возвращается с войны, все павшие давно погребены, все выжившие сестры благодарны: есть Метилена, остров,…
И она говорит: ничего во мне не болит, я была от начала времен, я сама…
Ты пишешь мне, а море за тобой. О том, что рядом можно быть любой, не…
У берега вода подобна тонкой пленке - искриться, и дрожать, и отражать луну. Ты взвешен…
Мы все живем в кино - бессонница, Гомер, тугие пояса на алых парусах. Прости, моя…