Мы все живем в кино — бессонница, Гомер, тугие пояса на алых парусах. Прости, моя любовь, не время полумер, я знал, что будет так, и я боялся сам. Мы видели анонс, читали вечный чат, мы знали, что придет пора за все платить. Но так хотелось жить, не думать и молчать, и танцевать легко под простенький мотив. Товарищ режиссер, а можно все вернуть, а можно нам туда, в две тысячи второй, в двадцатый, наконец, в знакомую страну, назад, назад, назад за этот поворот?
Товарищ режиссер, я на нее смотрел, мы шли в вечерний сквер, ловили первый снег. Икар стремился ввысь, но он не долетел — тайфун, бпла и керосина нет.
Я так ее любил. Бессонница, Гомер, проклятый Одиссей, расплата по счетам. Нет прошлого меня, нет времени и мест, кино уже не то.
И жизнь уже не та.
Мирина возвращается с войны, все павшие давно погребены, все выжившие сестры благодарны: есть Метилена, остров,…
И она говорит: ничего во мне не болит, я была от начала времен, я сама…
Ты пишешь мне, а море за тобой. О том, что рядом можно быть любой, не…
У берега вода подобна тонкой пленке - искриться, и дрожать, и отражать луну. Ты взвешен…
Я буду приходить к тебе во сне - трофеем в необъявленной войне, невыбранной дорогой в…
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…