Мне скоро тридцать, мама, давай подумаем, как нам было. Как крепко ты никогда меня не любила, как страшно не скучала и не боялась. Я твоя обреченность, мама, твоя усталость, твоя затяжная бессонница, горечь, жалость. И все эти годы я за тебя держалась, жалась к тебе, слабела, тобой болела. Я не успела, мама. Я не успела стать тебе чем-то, кроме знакомой тени. Мы приходили не с теми, уйдем не с теми.
Мне скоро тридцать, я вижу, что будет с нами.
Мама, мы никогда себя не узнаем.
Я была тебе ложью, была тебе сожаленьем. Мне хотелось приехать, уткнуться в твои колени, лежать под твоей ладонью, не остывая…
Так не бывает, мама. Так не бывает.
Нам были дарованы лучшие из сокровищ: смотреть друг на друга глазами своих чудовищ, не бояться…
Все было океаном, посмотри. До горизонта горы держат ритм бегущих волн, что некогда шумели. Теперь…
У меня коллекция состояний, моментов, отвоеванных у времен, архивы памяти, зашифрованные в строке. Есть запасники…
Проведи меня путями твоими, господи, по ущельям и скалам, дорогой крутой и дикою. Я была…
Да будет путь твой светел, взгляд лучист, от берегов Амура до Ла Манша, мы думали,…
Нагорная - не проповедь, но песнь, и горы - здесь, и я на склоне -…