Та, которую муза горя учила двери не отпирать

Та, которую муза горя учила двери не отпирать,

решает, как скоро она собирается умирать,

надевает белое платье, идет к Марийке,

говорит: сделай мне ногти что алый мак,

я приду на тот свет, там никто не умеет так,

там не пьют вина, не поют, не читают Рильке,

не звонят друзьям рассказать, как рыдали весь этот фильм,

не выбирают теплее фильтр,

не хранят неудачные кадры на старом диске.

Там, вообще, представляешь, монохром, тишина и свет,

так оставь мне на пальцах кровь, как извечный след,

я приду туда — буду демон, дуэнде, диско.

Буду в голос смеяться над нашей слабостью и бедой,

буду вечно живой, искрящейся, молодой,

никогда не отдам им ни грамма священной правды.

Это здесь я умру, а там — соберу народ,

мы пойдем по кругу — неистовый хоровод,

будем славить хаос, как славит его торнадо.

У Марийки есть беж, перламутр и золотой.

Она смотрит на белое платье: не то, не то.

Хорошо, говорит, спасибо, пойду, не надо.