Вне времени

Когда я потерял себя, я замер, пытаясь вспомнить, где, в каком пространстве,
в гостях, в кафе, в машине, на работе, какая песня и во что одеты.
Я вспоминал, как будто шел экзамен, как будто я, не знающий препятствий,
сейчас уйду, свободный, как уходят ответившие правильно студенты.
Я был спокоен, не было тревоги, ни страха липкого, ни липовой аллеи…
Они потом кружили листопадом меня, обескураженного встречей,
они потом бросались мне под ноги и осени последней не жалели,
осознавая торжество распада ковчега на простые части речи —
глагол, местоимение… С глаголом я пробовал искать и не сдаваться,
я пробовал на разных оборотах действительным страдательное множить…
Я проиграл, я есть все тот же голем, что пленником словесных резерваций
живет один без племени, без рода, поскольку их найти в себе не может.

Какая драматическая сущность, какая грамматическая точность,
в одну секунду время убегает: вот я был им, а после буду нами.
Прости долги и дай нам хлеб насущный, и не введи, избавь нас, если хочешь.
Твоя есть сила, будь со мной, пока я не зазвучал другими именами.