Вот справа море, в море растет трава,
в окно машины тянутся камыши,
и ночь уже вступает в свои права,
и я решу, что ты еще не решил.
Теперь не важно, ангел ты или черт,
и кто кого однажды сведет с ума.
Когда тебе становится горячо,
то на стекло ложится густой туман.
Вот так, в тумане, двигаться и дышать,
твое дыханье чувствуя изнутри,
пока луной, родившейся в камышах,
на небо поднимаются январи.
Вот слева море в зарослях диких трав,
на сотни миль поблизости ни души.
Уже не важно, кто из нас был не прав,
ведь я решила все, что ты не решил.
Олень идет по горному хребту. Я был не там, а я любил не ту, а…
Мирина возвращается с войны, все павшие давно погребены, все выжившие сестры благодарны: есть Метилена, остров,…
И она говорит: ничего во мне не болит, я была от начала времен, я сама…
Ты пишешь мне, а море за тобой. О том, что рядом можно быть любой, не…
У берега вода подобна тонкой пленке - искриться, и дрожать, и отражать луну. Ты взвешен…
Мы все живем в кино - бессонница, Гомер, тугие пояса на алых парусах. Прости, моя…