Здесь случается вечер со вкусом утра, здесь чужие запахи темных комнат, расставанье просчитано по минутам, словно ты ненадолго ушла из дома — прогуляться, выпить гляссе в кофейне, посидеть на скамейке в знакомом сквере… Ты вернешься с очередным трофеем — и поймешь, что кто-то захлопнул двери, что тебя не ждут, не встречают песней, незнакомый голос ответит: «Поздно»… Здесь становится жарче и интересней. Это яды весны проникают в воздух. Ты увидишь нервные, злые пальцы на ее сандалово-смуглой коже… Шторам лучше вовремя закрываться, чтоб запретной игрой не смущать прохожих. Ты услышишь эхом другое имя, прочитаешь новую рифму в тексте, твое счастье будет разбито ими — совпаденьями сотен несоответствий, непохожих на все, что вошло в привычку обладать таким невозможно нежным…
Ты проснешься уставшая — как обычно. Сон бредовый — как и десяток прежних. Это солнце злится, дыра в озоне, напряженный график, восточный ветер. Ты опять позвонишь, если будешь в зоне, ты опять позвонишь — и тебе ответят, голос будет близким — невыносимо: «Не скучай, дорогая, спокойной ночи…»
Только море покажется слишком синим — самым странным из прожитых одиночеств.
Все было океаном, посмотри. До горизонта горы держат ритм бегущих волн, что некогда шумели. Теперь…
У меня коллекция состояний, моментов, отвоеванных у времен, архивы памяти, зашифрованные в строке. Есть запасники…
Проведи меня путями твоими, господи, по ущельям и скалам, дорогой крутой и дикою. Я была…
Да будет путь твой светел, взгляд лучист, от берегов Амура до Ла Манша, мы думали,…
Нагорная - не проповедь, но песнь, и горы - здесь, и я на склоне -…
Карету мне, карету и коня, и больше благодатного огня, и смелости, и радости искристой. Я…