Другая система мер

В чем суть всего, что происходит со мной, если суть должна быть в череде этих странных дней?
Возвращаться домой, чтоб скорее настало утро, уходить из дома, забываясь до темноты.
Лежать у нее на коленях, всегда запрещая себе говорить о ней.
Запоминать, как ее сигарета превращается в тонкий дым.
Быть всем и никем теперь стало искусством, это идеально настроенный инструмент.
Сидеть у ног его, смотреть, как в квартиру солнце проникает сквозь старинную бахрому.
Уметь любить их, когда и думать об этом нельзя уметь.
Объяснять им что случилось с любовью, рассказывать, почему.
В чем суть всего, если нет ни дома, ни дыма, ни огня — только блики и всполохи на стекле?
Если каждую ночь я вижу во сне не море, а чью-то слепую смерть?
Спроси меня, сколько дней прошло и сколько осталось лет,
Я отвечу, что прошло много лет, а дни — это
другая
система
мер.