Конечно, ты уедешь, mon amоur. Ноябрь будет ветренным, смотри, как не с руки противиться ему, как нелегко об этом говорить. Все выстроится в ровный звукоряд, поместится в посадочный — держи, об этом никогда до ноября, но это переписывает жизнь. В сочельник мы встречаемся с тобой за ужином в столичной суете, не будет больше верстовых столбов, случайных текстов и запретных тем, не будет ни границ, ни пустоты, с которыми пока не разойтись. О чем сегодня спрашиваешь ты, когда давно написаны пути? Давай не будем думать, почему. Слова в руках утрачивают смысл.
Конечно, ты уедешь, mon amоur.
Другой зимы нам всем, другой зимы.
Начинается путь на вершину и путь во тьму, каждый выживший праведен, честь и хвала ему,…
сколько раз тебя отпевали, милая, да соборовали в глухую ночь. только мудрая смерть проходила мимо,…
Нам были дарованы лучшие из сокровищ: смотреть друг на друга глазами своих чудовищ, не бояться…
Все было океаном, посмотри. До горизонта горы держат ритм бегущих волн, что некогда шумели. Теперь…
У меня коллекция состояний, моментов, отвоеванных у времен, архивы памяти, зашифрованные в строке. Есть запасники…
Проведи меня путями твоими, господи, по ущельям и скалам, дорогой крутой и дикою. Я была…