2011

Над перевалом зарево — едешь на запад медленно. Рифмы пришли и замерли, время лениво-летнее…

Ночи приходят в черном ажурном кружеве, звезды сквозь ткань просвечивают, как тело…

Утро крадется медленно, не спеша, свет проникает в ткань, попадает внутрь комнаты, разделенной на первый шаг, на ожиданье шороха…

Он не знает о тех, кто приходит ночью. И, узнав, откроется им едва ли. Ему кажется: я небольшой источник, утоляющий жажду на перевале…

Выдержка коньяка да закалка стали, неумолимость слов, преломленье призмы… Мы друг без друга чувствовать перестали. Это, мой милый хищник, опасный признак. Это начало пытки, начало ломки…

Дождь мой. Мой зимний, острый, упрямый дождь, запертый в городе, клетку его грызущий, дикий мой, хищный мой, так обреченно лгущий, но не умеющий верить в свою же ложь…

Если б ты знал, как устроено это сердце. Ты ничего не знаешь, ты можешь только слышать поверхность кожи…

Это, верно, черт начинает счет, перекрестьем гор разделяя нас. Мы с тобой действительно ни при чем. Двое суток врозь — такова цена…