2010

Когда я стану белым альбатросом, мое крыло укроет Южный полюс, где спят во льдах предания о людях… Мой прадед помнил древнюю легенду о кораблях, укутанных туманом, о странных песнях моряков суровых, о их горячей и соленой крови…

Тема закрыта. Так закрываешь дом. Молча выходишь на улицу, ловишь тачку. Молча таксисту киваешь, не тронув сдачу. Молча глядишь на старый аэродром. Молча идешь на взлетную, трап дрожит, кресло второго пилота пока пустует…

Исполняется ровно месяц твоим отлучкам. Исполняется пять годочков моим колечкам. Это я себе, растяпе, напоминаю. Вдруг забудется и выпадет из обоймы.

Море дышит так прерывисто, что сверкает, месяц бродит в звездной россыпи, как изгой… Он по склону вниз спускается, спотыкаясь, и песчинки осыпаются под ногой…

Лес следит за ней внимательно и молчит. А она по следу вьется, ползет к нему: «Приручи меня, пожалуйста, приручи. Я устала уходить от тебя во тьму, я устала жить от выстрела в двух шагах…

Тектоника. Те, кто не чувствуют — ни при чем. Под нашими лапами гнется земная твердь, и солнце породу плавит своим лучом, в разломах коры заставляя ее гореть…

Дождь придет и погасит разгул костра. И пока над площадью вьется дым, развяжи себе руки. Иди, сестра. Исчезай в потоках святой воды. Пусть гадают епископы и народ — или ангел выручил, или бес…

Я буду голосом твоим, голосом, голосом, говорить тебе, тобою недоговаривать…