2012

Все изменится, изменится неизбежно, и не выдаст ни жаркий выдох, ни резкий жест, если нас представят спящими без одежды на каком-нибудь затерянном этаже…

Много званых, да мало избранных, в этом соль, но она горька. Задевают друг друга избами два беспомощных старика…

Во мне умирали женщины, это было похоже на долгий сон, на часы разлуки, я помнила имена, голоса и руки…

Они спят в пещере, и я берегу их сон. Я берегу их сон. Они малые и большие, но все похожи друг на друга — кареглазы и смуглокожи, их дыханье осыпается, как песок. Они спят в пещере…

Мы друг друга не выбирали, не шли по следу. Нам вручили азбуку Брайля, и мы ослепли…

Все, что есть в обозримом будущем — снято нашим настоящим в режиме нервного напряженья. Я плохой сценарист, и я знаю, что будет дальше…

В августе каждый из нас несносен, каждый наполнен грозой и жаром…

Я бы хотела носить в себе часть тебя. Носить в себе часть тебя. Знаешь, как происходит счастье: однажды утром ты понимаешь: мир — это просто утварь, усталые книжки спят, и игрушки спят, и город, и небо…