2016

Все обыденно — ни мистики, ни знамений, опасаться стоит тихого и простого. Ты приходишь домой, становишься на колени, соглашаешься с архангелом: «Я готова»…

От глупости происходящего дух захватывает, так и шагаю, почти неодушевленная, а город опять чередует витрины с хатами, ряженых с казаками, платаны с кленами…

Я крыльями трогала небо — оно искрило, говорила с ветром — и ветер мне отвечал. Была бы я ведьмой, ведала б, что творила, но я ворожу бессоннице по ночам…

В книге падших пишут, что есть цена совершенству, смыслу, спокойным снам, безмятежным танцам, цветным платкам, кораблям, плывущим издалека…

Я в птице сердцем бьюсь — она летит, я больше не боюсь — она летит, я становлюсь простым и невесомым, не веществом — прозрачным насекомым, лучом, пылинкой, светом во плоти…

Глубина человека измеряется словом, как эхолотом, я хотела рассказать тебе — не успела. Ты умела видеть не лодки, но души лодок, видеть, как свет осыпается позолотой, и не было ни времени, ни предела…

Знаешь, было такое чувство, что это честно. Было очень чисто, что нынче со мной не часто. Покажи зевакам, что мы из другого теста, у тебя же начинает все получаться…

Четыре вечера вышли в утро, остановились в урочный час. Нас кто-то пишет — легко и мудро и учит главное отличать. Мы говорили всегда не с теми, но — предсказуемо — об одном…